Младенец Фрейтвенному богу. Его жрецы не имеют права прикасаться к женщине, а жрицы не должны знать мужчин, иначе они сгорят в пламени. И если это не наказание за оскорбление бога, то как ты сам назовешь это? - Мы поклоняемся ему, потому что он - солнце, потому что его свет помогает миру увидеть свое истинное лицо. Мы поклоняемся лишь ему, потому что он единственный, он великий властелин всего, что движется в его свете, точно так же, как его сестра - королева ночи. Наши клятвы перед ним - это тайна и святыня, а нарушение клятв - слабость, низость и пред- ательство веры. Бог держит свое слово; мы можем по крайней мере пытаться следовать его примеру. - Значит, ты девственник? - А, - нисколько не смутившись, произнес Сареван, - ты хочешь знать, настоящий ли я мужчина. А просто глядя на меня, ты этого понять не можешь? - Ты - мужчина. <Девственник>, - подумал Хирел. Он смотрел на Саревана и пытался представить себе, что этот взрослый мужчина никогда, ни единого раза не упражнялся в высочайшем и приятнейшем из искусств. Это изумляло и приводило в ужас. Это до крайности противоречило самой природе. Хирел немного расслабился. - А, я понял. Ты говорил о женщинах. Вероятно, тебе нравятся мальчики. - Если бы это было так, львенок, ты уже знал бы об этом. Дерзкие глаза. Насмешливые. Бесстыдные. И он гордился тем, что он именно таков. Он чужак во всем. При виде его и при мысли о нем у Хирела вставал ком в горле. - Я служу моему богу, - гордо сказал Сареван. - Мне случалось бывать в его присутствии. И я знаком с его сыном. - Сын Аварьяна. - Хирел чувствовал во рту горечь, но она была слабее, чем прежде. - Могущественный король. Человек, завоевавший мир с помощью умной легенды. Говорят, он маг, великий мастер иллюзии. - Но недостаточно великий, чтобы породить самого себя. - Да ладно, - сказал Хирел. - Все знают правду. Князь Хан-Гилена прижил его от жрицы из Янона, а потом устроил его брак с принцессой, то есть его единокровной сестрой, в результате чего и появилась империя, которой управляют из-за трона. - Если следовать твоей логике, то у императора Асаниана и у Солнцерожденного есть кое-что общее: оба они женились на своих сестрах. Но он все-таки правит своей империей, хотя злопыхатели и пытаются преуменьшить его величие, утверждая, что он - марионетка Красного князя. - Ледяная ирония Саревана обжигала. - Дитя, ты знаешь много слов и много сказок, но до истины так и не добрался. Если бы ты видел господина Ан-Ш'Эндора и взглянул на моего бога, то тогда, и только тогда, ты смог бы верно судить о них. - Тебя бесит, что я не желаю принимать твою ложь и не намерен склонять голову перед твоим богом. - Меня бесит, что ты не способен видеть очевидное. Сареван резко развернулся, и косичка хлестнула его по боку. Хире 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 |
