Младенец Фрейскорблением. И тем не менее, когда он вновь взглянул на Хирела, он казался человеком здравым, спокойным и рассудительным. - А ты должен идти. Юлан присоединится к тебе, когда ты окажешься за воротами; он будет охранять тебя, он укажет тебе путь и приведет к отцу целым и невредимым. Никто не тронет тебя, пока он будет рядом. Все было верно и мудро. Хирел и сам намеревался сделать то же самое. Вот только... - Я не брошу тебя, - упрямо заявил он. - Львенок, - сказал Сареван, - ты ничем мне не поможешь, а только помешаешь, и к тому же весьма вероятно, что это приключение будет стоить мне жизни. Ведь на развалины храма наложил проклятие маг; он силен и не знает, что такое милосердие. Хирел усмехнулся. - Маг! Я прямо дрожу от страха. - И правильно делаешь, мальчик. Он не какой-нибудь ярмарочный жулик. Он наделен силой, реальной силой, и он вкусил мрака. - Все это суеверие. Мне-то лучше знать. Я видел магов в Кундри'дж- Асане. Всякие там порошки, заклинания и песнопения да еще мистическое позирование. Толпу это впечатляет, а самих магов обогащает. Мой отец считает забавным держать наиболее презентабельных при дворе. Он говорит, что они не способны повредить ему и в один прекрасный день могут приго- диться. - Этот день уже наступил, и лорд провинции воспользовался этим. Я же намерен вступить в бой с колдуном. - И ты осмелишься? - с иронией спросил Хирел. - Осмелюсь. Видишь ли, львенок, - сказал Сареван, - я и сам один из них. Хирел уставился на него, тупо мигая. У этого парня не росли рога, он не заворачивался в плащ, сотканный из звездного неба, он не метал молнии, хлопая в ладоши. Перед ним был просто Сареван, слишком большой для этой тесной комнатушки, и если ему что-то и требовалось, так это ванна. От него исходил резкий запах дыма и гнева. Он собрал одежду Хирела и кинул ее на кровать. - Одевайся. Тебе необходимо выбраться отсюда прежде, чем закроют на ночь ворота. Хирел медленно повиновался. Он с радостью избавится от этого сумасшедшего. Маг, как же. Боги, ну разумеется. Еще немного, и варвар заставил бы Хирела поверить во все это. Сареван осмотрел мешок Хирела, уложил в него тминовое печенье и яблоки, запеченные в тесте, прибавил к этому собственный бурдюк для воды и, порывшись в своем мешке, достал кошелек. Он положил его вместе с остальными припасами юноши, ни разу не взглянув на него и не сказав ни слова. У Хирела перехватило горло. Сареван протянул ему мешок, и принц прижал его к груди. - Иди, - сказал жрец. Хирел попытался проглотить ком в горле. Время шло, а он не мог даже пошевелиться. Сареван сгреб его в охапку, и принц оказался на улице точно так же, как и вошел в дом: его волокли, будто капризного ребенка. Улицы были запружены народом, с приближением ночи 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 |
