Наездникиr> - Вы настоящие идиоты. Проведете остаток жизни в цепях, вот и все. Я считаю, что надо попасть в храм. Жрецы узнают нашего господина и приведут к нему его отца. Нам надо было идти туда сразу же. Хирел нахмурился, глядя в мощеный пол. Это была его ошибка: он предложил идти прямо к императору, а зхил'ари, не зная нравов дворца, не стали ему возражать. Однако усвоили урок достаточно быстро. Несмотря на то что их дело было безотлагательным, они задержались в тихом внутреннем дворике, куда завел их спор. Здесь бил фонтанчик. Они умыли свои разгоряченные лица, раненые промыли раны, а 3ха'дан смочил губкой тело Саревана. Хирел сделал несколько глотков воды, обнаружил, что может удержать их в себе, и отошел в сторонку. В действительности это был скорее садик, нежели двор. Глиняная плитка лежала только по его краям и вокруг фонтана, все остальное пространство было занято травой и цветами. Молодое стройное деревце стояло на страже у ворот, которые распахнулись, стоило лишь Хирелу толкнуть створки. И снова трава, мягкая, ровно подстриженная. Конюх выгуливал здесь сенеля, черного жеребца невероятной красоты. Он мог быть только японских кровей, а кони Янона считались лучшими в мире. Хотя его рога от возраста загибались словно кривые сабли, он носился как жеребенок. Прыжок, скачок, круговой поворот; степенная рысца вбок, неожиданный яростный рывок, и при этом безупречная размеренность движений, как у танцора или воина. Тем не менее на жеребце не было узды, а всадник неподвижно застыл в седле, положив руки на бедра. Хирел не отводил от него глаз. Еще никогда ему не приходилось видеть подобной верховой езды. Он хотел научиться этому. Очень хотел. И прямо сейчас. Он оставался незамеченным. Жеребец сосредоточился на своем искусстве. Всадник сидел словно в забытьи. Это был молодой человек, темный как ночь, один из этих гладко выбритых северян. Жрец Аварьяна. Очень похожий на Саревана, правда, если бы у последнего не было его рыжей гривы: такая же тяжелая длинная косичка жреца, раскачивающаяся у самого крупа сенеля, такой же килт, едва прикрывающий обнаженные ноги, такое же золотое ожерелье на голой груди, такое же резкое лицо с орлиным профилем. Он не обладал той возмутительной красотой, какой был наделен Сареван, но его нельзя было назвать уродом - он попросту являлся самим собой. Сенель остановил свой летящий галоп и принялся ритмично пританцовывать на месте, словно ему задавал такт барабан, а потом застыл на месте. Онемевший разум Хирела отказывался воспринимать виденное. Они как будто высечены из камня. Черный человек на черном жеребце, золото на его шее и в его ухе, складки тускло-коричневого килта и рубины, ставшие глазами сенеля. Изваяние всадника покинуло спину изваяния коня, и Хирел изумленно уставился на него. Потому что, несмотря 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 |
