Беспощадная охотаоришь "баша"? Это был ты! - Я этого еще не знаю. - Ты представляешь собой совсем особую проблему. Для того, чтобы гола мог пробудиться, необходимо воспоминание о смерти. Но в твоих клетках нет информации об этом. - Но... баша мертв. - Баша! Да, он мертв. Ты должен чувствовать это там, где больнее все- го, и знать, что баша это ты. - Ты действительно можешь возвратить мне память? - Если ты сможешь выдержать боль. Знаешь, что я сказал тебе, когда ты восстановил мою память? Я сказал: "Атридесы! Вы все чертовски похожи друг на друга!" - Ты... ненавидел меня? - Да, и ты сам себе был противен из-за того, что сделал со мной. Дает это тебе какое-то представление о том, что мне необходимо сделать? - Да, сир, - очень тихо. - Великая Мать говорит, что мне нельзя предать твоего доверия... и тем не менее ты предал мое. - Но я вернул тебе память? - Видишь, как легко думать о самом себе как о баша? Ты был в шоке. И да, ты вернул мне память. - Это все, чего я хочу. - Это ты так говоришь. - Великая... Мать говорит, что ты ментат. Те, что я тоже был мента- том... чем-нибудь поможет? - Логика говорит, что да. Но у нас ментатов есть поговорка, что логи- ка слепа. И мы сознаем, что есть логика, которая пинком вышибет тебя из насиженного гнезда прямиком в хаос. - Я знаю, что означает хаос! - очень горд собой. - Это ты так думаешь. - И я доверяю тебе! - Послушай меня! Мы - слуги Бене Джессерит. Преподобные Матери пост- роили свой Орден не на доверии. - Значит, мне не стоит доверять... Великой Матери? - В пределах, которые ты узнаешь и научишься ценить. А пока, я пре- дупреждаю тебя, что Бене Джессерит работает в системе организованного недоверия. Они рассказывали тебе что-нибудь о демократии? - Да, сир. Это то, где ты голосуешь за... - Это то, где ты не доверяешь никому, у кого есть власть над тобой! Сестры прекрасно это знают. Не доверяй слишком много. - Значит и тебе мне нельзя доверять? - Единственно в чем ты можешь доверять мне, это в том, что я сделаю все от меня зависящее, чтобы вернуть тебе изначальную память. - Тогда, мне не важно, насколько это будет больно, - он поднял глаза на ком-камеры, его взгляд выражал, что он прекрасно понимает их назначе- ние. - А они не сердятся, что ты говоришь о них такое? - Иначе как данные их чувства ментата не касаются. - То есть ментатам важны факты? - Факты - вещь хрупкая. Ментат может запутаться в них. Слишком много надежных данных. Это как дипломатия. Чтобы добраться до проекций, тебе необходима новая хорошая ложь. - Я... запутался, - это слово он употребил с некоторой заминкой, не очень уверенный, что имеет в виду. - Это я и сказал одн 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 |
