Беспощадная охотаОн хотел выкрикнуть это, но те, кто сейчас слушал его, могли уловить больше, чем было сказано словами. Мурбелла была права. Опасно думать, что можешь провести Почтенных Матерей. Что-то мелькнуло в ее глазах, когда она взглянула на него. - Как странно ты сейчас выглядел... Он узнал в ней Почтенную Мать, которой она собирается стать. Гони прочь эти мысли! Мысли о странностях его воспоминаний иногда отвлекали ее. Она думала, что его предыдущие инкарнации делали его в чем-то похожим на Почтенных Матерей. - Я умирал столько раз... - Ты это помнишь? Каждый раз один и тот же вопрос. Он покачал головой, не решившись сказать ничего, что могли бы по-сво- ему интерпретировать сторожевые псы. Только не смерти и возрождения. Повторения смягчили яркость. Временами он даже не давал себе труда занести эти воспоминания в свой тайный банк данных. Нет... там содержа- лись неповторимые встречи с людьми, долгий перечень узнаваний. Шиана говорила, что это ей и нужно от него. "Подробности жизни, мел- кие детали. Это то, что нужно всякому артисту". Шиана сама не знала, чего просила. Все эти когда-то жившие и встре- тившиеся ему на пути люди создавали новые значения. Построения внутри построений. Крохотные детали приобретали огромную значимость, одна мысль о том, чтобы поделиться ими с кем-либо, вызывала отчаянье... даже если это была Мурбелла. Прикосновение руки к моей руке. Смеющееся личико ребенка. Блеск в глазах нападающего. Бесчисленное количество мелочей. Знакомый голос, говорящий: "Мне просто хочется задрать лапки кверху и расслабиться. Не заставляй меня двигаться." Все это стало частью его самого. Все они вросли в его память, в его характер. Он никому не сумел бы объясните, чем стали для него эти мело- чи. Не глядя на него, Мурбелла сказала: - В твоих жизнях было много женщин. - Никогда не считал. - Ты любил их? - Они умерли, Мурбелла. Все, что я могу тебе сказать - то, что в моем прошлом не было ревнивых призраков. Мурбелла погасила светильники. Он закрыл глаза, ощущая подкрадывавшу- юся к ним тьму; Мурбелла скользнула в его объятия. Он крепко прижимал ее к себе, зная, что это нужно ей, но мысли его текли своим чередом. Старое воспоминание - учитель-ментат: "Все наиболее важное может стать неважным за мгновение, разделяющее два удара сердца. Ментатов должны радовать такие мгновения" Он не ощущал радости. Все эти прожитые жизни вступали в нем в конфликт с системой ценностей Ментата. Ментат вступал во Вселенную в невинности неведения. Ничего ста- рого, ничего нового, ничего фиксированного - ничего, что было бы действительно известно. Ты был сетью и существовал только для того, что- бы оцени 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 |
