ла их тяжесть, провела пальцами по едва заметной округлости живота. Заглянув внутрь себя, она познала трепет новых чувств Хирела. Она подняла голову, и Хирел прочел в ее глазах потрясение. - Я беременна, - сказала она. - Я действительно беременна... Она не могла поверить в то, что произошло с ней. Даже несмотря на то, что знала. Даже несмотря на то, что вышла замуж за Хирела ради этого. Ее охватила дрожь. Хирел раскрыл полы плаща и молча прижал Севайин к себе. Ее разум был отгорожен и пуст. Как же изменился Хирел за столь короткий срок: не чувствуя ее разума, он блуждал наугад, словно пораженный слепотой. Когда они были в разлуке, он намного легче переносил одиночество. Но когда ее тело было рядом, а разум закрыт... Гнев вспыхнул в его душе, согревая его в порывах ледяного ветра. Значит, вот какая жизнь предназначена ему! Быть калекой, когда ее нет рядом, и чувствовать себя целым и невредимым только в ее объятиях. Жить ради прикосновения ее руки и тосковать без этого прикосновения. Севайин оттолкнула его. - Я не хочу, - сказала она. Ее голос окреп. - Не желаю! Я хочу снова оказаться в моем прежнем теле. Я хочу быть тем, кем была рождена. Гнев Хирела превратился в ужас. Еще один шаг - и Севайин рухнет в пропасть. Он видел, что она думает об этой возможности, стоя на самом краю и сжав на груди руки, словно силясь разорвать ненавистную плоть, превратившуюся в ее тюрьму. Севайин резко взмахнула руками. Она смеялась, и это было страшно. - И не только я одна, мой супруг. В этом-то вся суть. Теперь я знаю, почему многие мужчины так ревностно следят за тем, чтобы их женщины были заперты в клетках. Мы слабы. Мы хрупки. Мы неблагоразумны. Но мы обладаем могуществом. Ибо без нас не было бы и вас. И без нашего согласия, полученного по доброй воле или по принуждению, никто из вас не смог бы похвастать сыном. - Но ведь наше согласие тоже требуется, - сказал Хирел, делая осторожный шаг вперед. Севайин качнулась назад. Его сердце замерло. Она улыбнулась. - Ну и согласие! Всего несколько мгновений удовольствия - и вы свободны. А женщина страдает дважды по девять циклов Ясной Луны; ее боль становится все сильнее, превращаясь в конце в смертную муку, и часто приводит к смерти. - Но не всегда. Намного чаще она оборачивается великой радостью. - Может быть. - Севайин отбросила с лица непокорные рыжие пряди. - Я уже пережила это однажды, Хирел, но тогда я могла найти спасение в моем собственном теле. Я не перенесу это снова, не имея подобного выхода. Мне не выдержать. Я была создана для охоты, для битвы, для встречи со смертью от острого клинка или ядовитых зубов - короче, для мужской доблести. А не для этого. - Я никогда не замечал в тебе трусости. - Да, мне страшно. Ведь я женщина. - Она наклонилась к нему. -А т 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 |
