Два сапога — парамен, теннисист... Не привлекался... замечен не был..." "Чист как стеклышко", - думал Плещеев, возвращаясь к машине. И чего, спрашивается, он так гоношится. Действительно, теннисист водил подружку в кафе, а она выпила больше, чем следовало бы. Он-то парень крепкий, держится, а она послабее... Одно только не сходится: нет на улице Плеханова никаких ресторанов. Даже захудалой кафешки нет поблизости. Что-то все-таки не так. Плещеев включил щетки, продолжая раздумывать над виденным. "Действительно ведь оказался спортсмен, - усмехнулся он. - Надо бы запросить о нем подробную информацию". В этот момент на Третью линию свернула машина. Плещеев решил подождать, пока она проедет. Однако "Москвич" поравнялся со знакомой уже парадной и остановился. По сути дела, в этом не было ничего необыкновенного, но Плещееву такой поворот дела показался интересным. Из машины вышел коренастый человек лет за тридцать. У входа в парадную он остановился, чтобы убедиться, что нужная ему квартира находится именно на этой лестнице. В руках у него был квадратный кожаный баул. "Врач", - неизвестно почему решил Плещеев. У него не оставалось сомнений, что человек идет в квартиру Воронова Вадима Владимировича. Номер "Москвича" запомнился сам собой. Плещеев обладал почти феноменальной памятью и не раз поражал окружающих способностью запоминать адреса, анкетные данные, номера телефонов и номерные знаки машин даже походя, не специально, тем более не делая никаких особых усилий. Известно, что настоящий профессионал - это тот, кто чует происходящее шестым чувством. Хороший врач без всяких анализов ставит диагноз, великий портной шьет без примерки. Сергей Петрович Плещеев был профессионалом высокого класса и потому чувствовал: что-то тут не то. *** Сворачивая к себе на Третью линию, Вадим внимательно посмотрел в зеркало заднего вида: все было спокойно. Он поднял голову: все пять окон вороновской квартиры были погружены во тьму. "Спите, жители Багдада, все спокойно", - пробормотал он. Что ж, тем лучше. Дождь немного утих, но редкие капли продолжали барабанить по капоту. Стояла та питерская погода, за которую наш город недолюбливают приезжие с юга, сырой, темный и холодный вечер. Петербуржцы стоически переносят этот сезон, но народу на улицах становится заметно меньше. Вадим открыл заднюю дверцу и вытащил девушку. Она так и не пришла в себя, открыла глаза, посмотрела на него мутным взором и снова впала в забытье. Он закрыл автомобиль и, взяв девушку на руки, понес наверх. Пеппи Длинный чулок Ну наконец-то дома... Не снимая ботинок, с которых на пол текли грязевые потоки, Вадим внес девушку в гостиную и положил на диван. "А что делать, если она помрет... - растерянно подумал он. - Кубка тогда не видать как свои 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 |
