Дискуссия о звездахльтурные, никто ничего не заметил. Гриша и Лида давно замолчали и смотрели то на Антона, то на его жертву, не в силах ничего понять. Кристина протянула Валерии свежую салфетку: - Давайте подотру, а то расплывется. - Подотри, подотри... - засмеялся Антон. Валерия выхватила у Кристины салфетку и швырнула ее на пол. Еще секунда, и она бы, наверно, выскочила из-за стола и убежала, но Вадим решительно накрыл ее руку своей. - Пошли выйдем, - сказал он, глядя Антону в глаза. - Поговорить надо. Сказал и сам почувствовал, какая идиотски традиционная получилась фраза. - Пошли, пошли, - кивнул Антон, лениво поднимаясь на ноги. Взгляд у него был насмешливый и совершенно трезвый. - Эх, Расея! Кабак, он и с хрустальной люстрой кабак. Чуть что - пойдем выйдем, поговорим... Ты меня уважаешь? - Не очень! - резко выговорил Вадим. - О-о!.. - Антон, ерничая, погрозил ему пальцем. - А вот это уже нехорошо. Так у нас в России не принято. Да и в Европе тоже, по-моему. Гриша нахмурился и стал неуверенно подниматься следом за Вадимом. - Сиди, - остановил его Воронов. Они с Антоном направились к выходу из зала. Вадим не обратил внимания на крепко сбитого молодого человека, который почти сразу поднялся из-за соседнего столика и направился следом .за ними. Спереди волосы У парня были острижены ежиком, зато на затылке красовался длинный хвост, перехваченный неброской заколкой. За гардеробом находилось обширное фойе, в менее приличном месте именовавшееся бы курилкой. Сюда открывались двери мужского и женского туалетов, стояли кожаные кресла вокруг журнального столика, под потолком мягко сияли лампы, а одну стену занимало огромное цельное зеркало, простиравшееся от пола почти до самого потолка, чтобы посетители могли оглядеть себя с головы до ног перед возвращением в зал. - Ну? - спросил Антон. - Я весь внимание. Что вы, сэр, имеете мне сказать? Вадим вдруг понял, что говорить-то ему, в сущности, нечего. Что бы он ни сказал, все будет как с тем рождественским яблоком на нитке, которое надо ухватить без помощи рук. И сам слюнями зальешься, и яблоко не укусишь. Хуже того. Было в этом Антоне что-то, смутно тревожившее Вадима. Он вдруг понял, что именно. Когда тебя отзывает для нелицеприятного разговора парень с шеей куда как потолще твоей и в полтора раза шире в плечах, полагается нервничать. Так вот, Антон оставался необъяснимо невозмутимым, и это беспокоило. У Вадима мелькнула даже совершенно шальная мысль, что, может, томный красавчик - а кто его разберет? - был мастером по какому-нибудь кикбоксингу или тхэквондо. Ну и плевать тысячу раз. За приоткрытой дверью мужского сортира (соответствующая символика на ней была представлена изображением щегольского ботинка) блестел черный кафель и журчала в раковине вода: парень с хвостиком на затылке мыл руки. Вадиму хотелось подождать, пока он уйдет 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 |
