Дискуссия о звездахмогут уехать... Внезапно ее сердце, которое и без того ускоренно колотилось, бешено подпрыгнуло и упало в бездонную пропасть. По улице шел Вадим. В животе стало холодно, руки задрожали, Кристине показалось, что она, как героиня старых романов, вот-вот лишится чувств. Это был он. Он совсем не изменился с тех пор, как они виделись в последний раз, да что это был за раз... Забежал, чмокнул в щеку, сунул в руки стандартный букет и торт, посидел пять минут и снова убежал. И после этого три дня ни слуху ни духу... Он шел и улыбался неизвестно чему. И было ясно, что о Кристине он совершенно забыл, как будто ее никогда и не было на свете. Он чему-то радовался, но, что бы это ни было, ее, Кристины, это уже никак не касалось. По дороге сюда она воображала, как бросится ему на шею, как поцелует его, как прижмет к себе. И он сразу станет прежним, таким, каким был. Но теперь, Увидев Вадима, она поняла, что ничего этого не будет, что она просто не осмелится броситься к нему, а если попытается, он может холодно одернуть ее... И она стояла и молча смотрела, как он приближается, все еще не замечая ее. Но вот он подошел совсем близко и может пройти мимо... - Вадим, - позвала Кристина. Он повернул голову. И в тот же миг, когда он увидел ее и узнал, полуулыбка сползла с его лица, и оно приняло холодное, какое-то каменное выражение. Кристина видела, что он недоволен тем, что она пришла, но она не могла не прийти, она была больше не в силах переносить неизвестность. - Привет, - сказала, стараясь говорить жизнерадостно, как будто ничего особенно не произошло. - Привет, - ответил Вадим, как показалось Кристине, немного растерянно, будто не знал, что теперь делать. - Ты ждешь меня? - А кого же? - Кристина попыталась рассмеяться. - Ты пропал и лица не кажешь. Как говорится, если гора не идет к Магомету, Магомет идет к горе. /'•'• - Магомет, говоришь... - Вадим усмехнулся. - Ну "ладно, магометаночка моя, пойдем пить чай. Сердце радостно заколотилось. Неужели вернулось? Неужели все теперь пойдет по-старому? И он снова будет любить ее, потому что любить его она не переставала ни на секунду. И Кристина бросилась ему на шею, и поцеловала, и прижала к себе, и назвала своим любимым, самым-самым... А потом расплакалась. - Ну что ты плачешь, Пеппи Длинныйчулок плакать не к лицу. - Вадим вытер ей слезы, и его лицо стало ласковым и добрым, каким бывало в самые лучшие минуты. Они поднялись вместе наверх, и Кристина снова вошла в знакомую квартиру, где, как ей казалось, она не бывала целую вечность, хотя по общечеловеческому времени прошло всего дней десять. Она с наслаждением вдыхала едва уловимый запах книжной пыли и старинной мебели, к которой, как ей казалось, примешивался запах картин, хотя она прекрасно знала, что никакого особого запаха они иметь не могут. Кристина сняла обувь, надела меховые тапочки 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 |
